Чужой

Ольга Островерх

В истории новейшего русского кино Богдан Ступка закрепил за собой амплуа «странного человека»

Летом имя Богдана Ступки не сходило с полос российских фестивальных кинохроник. Ленты, в которых украинский актер исполнил центральные роли, последовательно одержали победу на Международном Московском кинофестивале («Свои» Дмитрия Месхиева) и фестивале «Кинотавр» («Водитель для Веры» Павла Чухрая). В первом случае Богдан Ступка стал еще и обладателем «Серебрянного Георгия» в номинации «Лучшая мужская роль».

В последние годы украинский и дружественный польский кинематографы эксплуатировали, в основном, эпическую составляющую богатого ступкинского таланта. Целая галерея монументальных гетьманов и королей-злодеев в его исполнении прошла перед нашими глазами, оставив смутное ощущение эмоциональной «неправды». Ведь Ступка — актер совершенно

иного творческого темперамента. Российские кинематографисты сориентировались раньше отечественных. Загадочная русская душа отыграна в разных вариациях большими артистами всех поколений. По-разному, но с непременным набором русских неврозов разной степени тяжести. Люди из подполья, мелкие бесы, бедные, лишние и маленькие люди — всех не упомнить. Ступка, человек «со стороны», расставляет акценты по-своему и неврозы у него совершенно другие. Он очень выигрывает в ролях, представляющих собою психологические головоломки, исключающие жесткие определения «хороший—плохой», «добрый—злой» и вообще какие бы то ни было определения этического характера. В роли советского генерала или старика из псковской деревни Ступка, актер редкого в российском кино «черного обаяния», создает вокруг себя почти осязаемое поле опасности. Эффект чужака придает фильмам с его участием необычайную напряженность. Именно это его актерское качество используется сейчас на всю катушку российским кинематографом, давно пребывающем в поисках героя, выпадающего из стандартов традиционных амплуа. Богдан Ступка занял в российском кинематографе пустующую нишу «странного человека». И то, что этот новый герой говорит с ощутимым галицким акцентом, разрушает значительно больше стереотипов, чем кажется на первый взгляд.